Артур Кляйн
"Белый лотос". Кабинет Артура
Юй

Интериец какое-то время продолжал молчать, точно пытаясь переварить где-то глубоко в себе тот «отчет», который ему выдал Первый цвет. Не было похоже, что Кляйн успокоился, скорее, наоборот, его и без того от природы красные глаза точно еще сильнее налились кровью от злости, и, казалось даже, что если бы в эту дверь вошел еще кто-нибудь, то Артур абсолютно точно кинулся бы на него и перегрыз глотку.
Такое, впрочем, небезосновательно опасное впечатление он производил не очень долго. Будто бы смирившись с чем-то опять-таки в глубине себя, Артур вымученно застонал, откидываясь на спинку кресла и закрывая лицо ладонями. Он досадливо пнул носком ботинка ножку стола, а после отнял руки от своей физиономии, несколько секунд бесцельно пялясь в потолок.
- Что ж, стало быть, я должен его встретить... Прелестно, - цокнул брюнет языком, зачесывая назад пропитанные солью волосы. Поморщившись, Артур резко поднялся с кресла, делая несколько шагов вперед, а затем назад. Нужно было разжиться четким планом действий на этот день. У него было все меньше времени на свои же истерики, и следовало брать и свои чувства и ситуацию в целом в руки.
- От слона нужно избавиться, у нас нет средств и места, чтобы содержать здесь это животное. Коль уж пустили его сюда, да еще и с этой тварью, то сами и сообщите нашему гостю столь неприятную новость, - фыркнул Кляйн, делая несколько шагов в сторону одного из массивных шкафов в своем кабинете. Конечно же Артур знал, что ни Нейя, ни Юй здесь абсолютно не причем. Их вины в том, что Верховный шаман вдруг сюда заявился не было, но у Кляйна не будет и времени излишне долго беседовать с этим Кассианом, объясняя все порядки и положения. Глядя на часы, Артур понимал, что ему следовало бы привести себя в порядок и успеть заглянуть еще кое-куда.
Стоило надеяться, что приемные часы в Кастеле не похожи на больничные, и Адриана Честер принимает желающих побеседовать в любое время, кроме ночи.
Да и Кляйн не мог гарантировать, что ближайшие сутки сможет вести светские беседы с «привлекательными молодыми людьми с темной кожей и светлыми волосами». Артур не разделял восхищения Первого цвета от слова «совсем», но, впрочем, чего было взять с мальчишки? Интериец старался держать своих работников как можно дальше от политики и бюрократии. Мысли о подобном абсолютно точно мешают работе, а меньше всего Кляйну было нужно, чтобы его кадры в постели думали не об удовольствии клиента.
- Сегодня у нас будет тяжелый трудовой день. К нам нагрянут кодарийцы из Драйденской хунты. Не знаю, сколько и кто, но прошлогодние их игрища влетели «Лотосу» в массу убытков и три трупа. О последнем господину Кассиану знать необязательно, надеюсь, это понятно? – предупредил хозяин борделя, искоса глядя на Юя. Стоя вот так, у дверей, с полуопущенными глазами, смотревшими так жалостливо, этот метис – крупный и массивный, который, казалось, руками воду из камней мог выжимать – выглядел до нелепого маленьким, точно нашкодивший щенок. Кляйн не удержался от какой-то, пусть немного кривой, но все-таки улыбки.
- Расслабься, я на тебя не злюсь. Просто отвратительный день. Мне сегодня трижды повезло, знаешь ли: сначала новость о кодарийцах, потом корсары напали на корабль, в котором я добирался до дома, теперь этот шаман... В любом случае, может, его присутствие и сможет решить нашу проблему номер один, - интериец чуть прищурился, отворачиваясь назад в шкафу и извлекая из него бутыль с вином. На самом деле, в шкафу этом водился еще и портвейн, виски, даже несколько мятных травяных настоек весьма серьезного градуса, но навещать сначала шамана, а после и хозяйку Кастеля следовало трезвым, пусть и чуть расслабленным. Вино помогало ему сгладить углы гнева, сменить его, хоть и на лживую, но все-таки милость.
Не говоря уже о том, что при одном взгляде на алкоголь Кляйн тут же решил, что подложить под коадрийцев Верховного шамана – не такая плохая идея. Во всяком случае, на одного его работника ставшего или мертвецом, или инвалидом, станет меньше. Артур никогда не говорил о том, почему из всех, даже самых именитых борделей, Драйденская хунта уже какой раз выбирала именно «Лотос». Драянцы прибывали в Альтеру едва ли не в качестве почетных гостей, так уж повелось с тех пор, как Санадор признал хунту одной из единиц действующей армии.
Возможно, санадорцы и сами бы хотели избавиться от хунты, но все-таки в свое время эти кодарийцы немало помогли им в захвате многих государств. В том числе самого Кодаса. И хотя подавить эту кучку полубандитов вряд ли бы было проблемой для текущего князя, он, видимо, предпочитал держать псов подле себя, подкармливая по мере сил, нежели отбиваться от их острых зубов.
Так или иначе, встречать Драянцев, как и полагается встречать всякую «знать» в Альтере были обязаны. В первые же их визиты в страну шах узнал, как много убытков и жалоб может повлечь за собой всего неделя пребывания кодарийцев на чужой земле. В итоге, после того как недовольства со стороны альтерийской знати, в число которой входили многие держатели борделей, достигли своего апогея, правитель решил вручать «покровительственную грамоту» владельцам тех или иных заведений, которым в добровольно-принудительном порядке предстояло принимать у себя Драянцев. С тех пор, как о «Лотосе» стали говорить, а конкуренцию бордель стал составлять все более серьезную, Кляйн уже третий раз подряд получал этот документ.
И если первый визит Драйденской хунты прошел более-менее гладко – работники бывали избиты, ранены, а имущество попорчено – то в прошлом году дело дошло и до убийств, которые Кляйну пусть и возместили из казны, но эти деньги едва ли могли покрыть жизнь не самых худших его проституток, которые, в среднем, приносили в год вдвое больше возмещенного убытка.
Теперь, по крайней мере, он мог сконцентрировать внимание хунты на личности Верховного шамана, убив двух зайцев разом: снизив собственные расходы и сполна отыгравшись на альтерийской святыни, которая не принесла ему собственно ничего, кроме лишних проблем. Впрочем, плану мешало одно «но» - смерть Кассиана в «Лотосе» была нежелательна. А это значило, как минимум, что Артуру следовало озаботиться хотя бы о том, чтобы шамана максимально покалечили, но не пришили.
Именно с этой целью и кошельком в четыре сотни золотых монет Артур планировал наведаться к владелице Кастеля.
- Не считая этого типа в люксе, за время моего отсутствия больше ничего из ряда вон не происходило? Клиенты не доставляли беспокойств? Вовремя оплачивали услуги по заданному тарифу? – решил осведомиться мужчина между делом, наливая вина в бокал. Он жестом руки предложил Первому цвету присоединиться к распитию, но сам, в общем-то, не рассчитывал, что Юй с ним выпьет.

Ирэн Арчерон-Готье
Каюта
Нейтан Нойлз

С каким же волнением и трепетом Нейтан говорил об их с Арией отношениях. Девушка беспрерывно мерила парня насмешливым взглядом, отчего уголок брови поднялся в изумлении:

- О, Нойлз, только не говори мне, что подобная участь ждет и меня через год. Считать ты умеешь, будет нетрудно понять, что мы с Эвенвудом тоже не сверстники, но, как видишь, - Ирэн поняла руку, на которой виднелось обручальное кольцо. - Вышло как-то вот так, но не суть. Поверь мне, Нейтан Нойлз - желай ты одного лишь "сна на койке", нашел бы способ удрать отсюда. Как ни крути, работа врача редко позволяет выспаться, не так ли? - парень пытался отвертеться от собственных чувств, сбить с толку то ли Ирэн, то ли самого себя. Нойлз метался, это слышно по словам, видно по глазам. - Я чувствую только одно: ты отчаянно воротишь свой нос от действительности, и не хочешь признаваться, - последовал глоток разгоряченного напитка. - Ну и чтоб полностью разбить твою позицию: в каком месте мы с Эзрой похожи, позволь спросить? - манера речи Ирэн была ни в коем разе не враждебной, ей скорее просто доставляло разбивать Нейтана в пух и прах, опровергать его попытки умолчать о правде, лицезреть, как её сверстник превращается в юного мальчишку, запечатленного на такой же юной девушке. - Не пойми неправильно, но я бы и врагу не пожелала снюхаться с Чупом, хоть он и товарищ весьма приятный, - щёчки порозовели, а тело немного прело от тепла. Кажется, алкоголь наконец пошел в действие.

Савитар Вайш
Улицы ==> Белый Лотос. Люкс
Ильяс Расад ==> Один ==> Кассиан Бруно

Отделаться на Расада удалось только спустя n-ое количество времени. Встреча, на самом деле, не принесла Савитару ничего плохого, но и хорошего в ней тоже выдалось мало: шаман по-прежнему чувствовал какую-то тревогу на дне души.
Радовало лишь то, что Золотце окончательно пришел в себя, и уже был не только не агрессивным, но и не вялым после лекарства. Ринул бодро шагал по улицам, везя за собой тележку Вайша, в которую были загружены вещи Верховного шамана. Осталось лишь достойно объяснить Бруно, почему большая часть его добра или выпачкана или сломана.
И хотя адекватна причина была и тому и другому, Савитар не стремился признаваться Кассиану в том, что не справился с животным, не говоря уже о встрече с Ильясом. Всего этого в своем рассказе следовало избежать, а, стало быть, всю вину придется брать исключительно на свои и без того не самые крепкие плечи.
Альтерийца радовало лишь то, что «Белый Лотос» выглядел довольно сносно. Дай Ган о борделе слышал много всякого. В обществе высшего альтерийского света бордель пользовался дурной славой. Впрочем, как и любой другой иностранный бордель на территории страны. Самая древняя профессия в Альтере зародилось раньше, чем где бы то ни было, а, со временем, все ее нюансы и тонкости в шахстве приобрели характер до того одухотворенный, что нельзя было не согласиться – проститутки из других стран были просто проститутками. И не удивительно, что многие публичные дома, кичившиеся своим престижем, просто не могли взять в толк, что им в конкуренцию будут ставить такое заведение как «Лотос».
Себя Савитар относил к тем, кому было все равно. Он по-прежнему не понимал мотивов Верховного шамана, но для себя отметил, что какая бы слава не была у «Лотоса» - это всего лишь один из сотен борделей в Альтере.
У ворот его уже ждала встреча со старым знакомым. Местные проститутки все еще не знали, куда девать слона, который продолжал трескать фрукты и иные плоды с деревьев в саду. Было заметно, что таких животных содержать здесь было негде, и копошение работников «Лотоса» немного повеселило до этого сосредоточенного на своих мыслях шамана.
Конечно, с телегой Вайша никто бы внутрь не пустил. Впрочем, часть проституток, которым, видимо, было велено разобраться с животным, куда охотнее помогли шаману донести вещи до нужных покоев, которые также любезно указали. Общее впечатление жители «Лотоса» производили вполне себе приятное.
Впрочем, может это оттого, что и сам Савитар был слишком уставшим, чтобы пытаться придать себе напускную шаманскую важность.
Комната, в которую поселили Кассиана, оказалась довольно-таки впечатляющей. Вряд ли она многим лучше той, в которой Верховный шаман жил о того, но, впрочем, и ничуть не хуже. Вайш жестом попросил помогавших ему проституток оставить часть добра в комнате, а затем тихо цокнул языком. Имущество и то, в каком оно состоянии, явно не оставят Бруно довольным:
- Господин? – весьма осторожно начал шаман, проходя вглубь помещения сразу же после того, как работники «Лотоса» вышли, - Я привез ваши вещи, как и было велено, - продолжил Дай Ган на всякий случай пряча забинтованную руку за спину, - Правда, они несколько пострадали при транспортировке, и... – на этом моменте шаман замялся. Он совсем не продумал свою оправдательную речь, и предпочел просто склониться в поклоне, отступая на пару шагов, чтобы дать мужчине самому оценить последствия случившегося на улице инцидента.